Сообщений в теме: 506

[Alli]

Ну наконец-то! Сдвинулись!

Через время, когда команды добрались до скальных массивов. Акиро вдохнул побольшое воздуха в грудь и взбираясь на горные уступы разглядывал линию горизонта.
Там, где горизонт сходился с землёй, образовывая бесонечную линию ярко оранжевого оттенка, не имеющюю ни конца ни края, там... шла песочная буря, шла в сторону скаутов и якудза.
Похоже, это заметил не только Акиро, но и остальные, так как едва команды спустились с горных массивов, так сразу-же командиры скомандовали привал, и направившись к уступу в горе, начали готовить лагерь вместе с остальными.
Скауты и якудза расположились под двумя большими брезентовыми тентами, которые поставили рядом с уступом, за скалой.
Самуто скомандовал трёхчасовой привал и отошёл вместе с Эндрю куда-то, в это время Акиро разложил на земле каримат, любезно одолженный Юкато, и одев наушники погрузился в музыку, однако Самуто, пришедший через пару тройку минут, прервал его.
- Итак, мы отдыхаем три часа и продолжаем путь. - Сказал Самуто якудза.
- Зачем ждать-то? - Спросил Тороро, человек с странным хобби - частыми и долгими тренировками.
- А зачем перебивать? - Ответил Самуто вопросом на вопрос, и продолжил. - Силы восстановим, впереди долгий путь до самой ночи, да и бури песчаные здесь туда сюда ходят, примите к сведению кстати.
- Мы в Хаб то, надолго? - Спросил Шадо.
- Пока неизвестно, но так надо, за нами идут два серьёзных отряда. - Сказал Самуто.
- Знаем-знаем, что идут. - Ответил Шадо и вздохнул.
- Самуто. - Вдруг сказал Кобо.
- Что? - Спросил глава якудза. - Что?
- Мне кажеться, кто-то идёт за нами.
- Этого ещё нехватало, ты проверишь?
- Да, через три часа буду, обойду здесь всё.
- Давай, и будь поаккуратнее.
Кобо встал и выйдя из под тента, накинул капюшон на лицо, и потуже его затянул.
Остальные якудза принялись за оружие, что-бы оно не перестало работать, из-за песка, якудза ложили ео в специальные чехлы, и кобуры, а затем поплотнее обматывали их тряпками.
Время неспешно шло, было уже не так жарко как днём, Акиро лежал и слушал музыку.

За пол-часа до этого, в начале горной гряды

"Ну что-же, в Джанктауне нет смысла больше сидеть, но, в Хабе есть источники из которых можно узнать многое, если правильно искать" - Думал Ницино идя по дороге ведущей к горам. - "Из-за этой бури, придёться переждать в горах, но надеюсь это нас не задержит".
"Чёрная Роза" шла к горам что-бы укрыться от песка, и немного отдохнуть за это время. Ницино шёл впереди отряда и внимательно рассматривал всё вокруг себя, отряд за его спиной о чём-то разговаривал, но Ницино не слышал. Уже около часа, его тревожило чувство, будто кто-то есть впереди них, это был не Самуто, это было совершенно другое интуитивное чувство.
Наконец отряд зашёл в горы, и укрылся в небольшом "кармане", в который не залетал ветер. У "Чёрной Розы" не было походных тентов и кариматов, но тем не менее, они развели костёр, а Тсумо отправился на охоту, что-бы отряд мог пообедать парой геккосов...

Это сообщение отредактировано Alli - 18 ноября 2007 | 20:20

[Salas Valor]

Что ни говори, место хорошее. Во-первых, на эту скалу сложно залезть. Во-вторых, с неё видно всю окрестность. Почти всю. Лагерь скаутов виден частично, до него отсюда метров пятьсот. Правильно поставили... Сразу видно, Ньюман не терял времени зря, пока учился в школе Скаутов.
Мрак лежал на узкой вершине уродливого скального образования, накрывшись маскировочной тканью и рассматривал лагерь противника через мощные окуляры военного бинокля. Верная СВД, также прикрытая от беспощадных солнечных лучей, лежала рядом. Острые камни противно впивались через пустынный камуфляж в тело, местами покрытое рубцами, но Мрак не обращал на боль внимания. Так он мог пролежать целый день, а если и понадобится - то несколько суток, как и любой профессиональный снайпер морской пехоты США. Пусть даже и бывший...

Мраку вдруг вспомнился день, почти лет 20 назад, когда он вот так лежал в укрытии, отбивая со своими братьями по оружию яростные атаки Китайской Народной Армии на окопавшиеся под Джуно три роты морской пехоты. Тогда была Третья Мировая война, или просто Великая Война, как её любят называть сегодня те, кто не видел своими глазами всех её ужасов. Именно эти несколько дней боев под Джуно так радикально изменили жизнь Мрака. Нет, конечно тогда он еще не был Мраком, у него было настоящее имя.
Тихий, задумчивый парень из Де Мойн, штат Айова, проявлял большие способности к творчеству: он любил рисовать, играл в группе на гитаре. И после окончания школы планировал поступить в Калифорнийскую Академию Искусств - играть хотелось профессионально. Но Судьба распорядилась иначе. Когда стало понятно, что конфликта не избежать, правительство США объявило о введении всеобщего воинского призыва, впервые за сто лет после войны во Вьетнаме. Так он оказался в рядах морской пехоты. Шесть месяцев учебного лагеря и в бой. Парень из Айовы быстро дошел до звания сержанта и получил квалификацию "снайпер второй категории". Сражения, разведоперации, дерзкие вылазки... А потом было окружение под Джуно и отчаянный оборонительный бой.
Тогда КНА здорово потеснила американцев по всему фронту боевых действий, а занятый морпехами Джуно оказался за линией фронта. 279 спецназовцев стояли у КНА костью в горле, и узкоглазые штурмовали городок с особым ожесточением. Когда танковая колонна сухопутных войск, шедшая морпехам на помощь, попала в засаду и была разгромлена, стало понятно, что рассчитывать можно только на себя. И ротные приняли решение стоять до конца. Но время шло, патроны кончались а потери росли.
А молодой снайпер лежал за импровизированным укрытием на чердаке раздолбанной городской ратуши, выцеливая противника. Воздух вокруг был покрыт копотью сражения, остро ощущался запах пороха и крови, пространство было заполнено грохотом взрывов, остервенелыми трелями пулеметных очередей, стонами раненых и последними вскриками только что убитых. Наверное это и есть Ад...
Давно была дана команда "свободного огня", поэтому снайпер выискивал цели на свое усмотрение. Даже если видимость из-за дыма и гари на низком уровне, снайпер второй категории должен попадать. В окуляр он видел как китайский солдат раскладывает ранец огнемета, готовясь выкурить нескольких морпехов из своего укрыитя. Щелк! И мозги китайца легли рядом с ранцем огнемета. Другой боец КНА с выражением боевой ярости на лице только что проткнул морпеха штыком в сердце и уже готовится открыть огонь по его оглушенному товарищу. Щелк! И боец сползает на землю, тщетно пытаясь остановить уходящую струйкой крови жизнь...
Винтовка М-21 послушно несет врагам свинцовую смерть, но и у неё патроны не бесконечны. снайпер это знает, и патроны бережет. Иногда он прислушивается к рации, лежащей около него. Идут активные радиопереговоры, гибнущие роты пытаются координировать действия и вызвать подкрепление:
- ... Попытка прорыва слева!!! Штурмуют...
- ...Браво 5!! Выходите на связь!!!...
- Папаша Медведь, это МП-25! Что за хер*я?? Где обещаное подкрепление??
- МП-25, это Папаша Медведь. Доложите о потерях. Почему 12 рота не выходит на связь?
- 12 рота почти вся уничтожена!!! Где подкрепление, я вас спрашиваю???
- ...это Салливан, Чарли 3! Я ранен, очень больно!!! Кто-нибудь, помог... А-а-а!!!!...
- ...Связь с 12 ротой потеряна... Узкоглазые обходят с тыла... Держитесь, парни...
- МП-25, это Папаша Медведь! Попытайтесь прорваться..
- Ты что там, урод, вообще охренел? Думаешь, мы просто так подкрепления просим, су*а? Еще несколько часов, и от нас вообще ничего не останется...
- Это Браво 5. Держаться больше не можем, патронов нет. Идем в штыки. За Родину, ребята!!
- А-а-а!!! Сволочи!!! У них там "станкач" работает!! Нужна поддер...
- МП-25, держитесь, помощь идет...
- ...Чарли 3, кто-нибудь уберите этот гребаный станкач!!...
- ..не вешать нос, парни! Выживем - станем героями!..
Но подкрепления все не было. А патроны заканчивались. И молодой снайпер понял жуткую вещь - их просто кинули... Зачем спасать три сотни морпехов, если почти вся страна мобилизована?.. Умерли почти все его друзья. И глядя как умирают боевые товарищи, он принял решение. Он терпел сколько мог, но из трех рот осталось всего человек тридцать. тем более, они почти все из двадцать пятой роты. А его, сорок седьмая, почти полностью сложила головы. Тело снайпера болело. Разорвавшаяся недалеко от него граната прыснула в него градом осколков, часть из которых пребольно посекла кожу на животе и бедрах.
Почему так? Ты родился совсем для другого. А в девятнадцать тебя учат убивать, и отправляют в чужую, далекую страну биться с дикими людьми. Разве это справедливо? Разве так должно быть?
Негласный кодекс морпехов предписывает сражаться всеми вместе до конца, именно поэтому прорываться поодиночке уходили лишь единицы - дезертиры, которых боевые товаращи могли расстрелять на месте. И через некоторое время молодой снайпер, которому должно было скоро исполниться 20, притворившись мертвым, переждал пока китайцы пройдут мимо, покинул свое укрытие и в одиночку дезертировал...
Через неделю он переправился на корабле контрабандистов обратно в США, и застал родное побережье полностью выжженным ядерным огнем. Значит, война подошла к концу... Но жизнь никогда не будет такой, как прежде. Ведь больше нет США, нет Китя, нет Калифорнийской Академии Искусств, нет родного дома в Де Мойн, Айова. Такие ужасы не проходят для девятнадцатилетнего парня бесследнно, не прошли они и в этом случае: он замкнулся в себе, появиласьстрасть к сигаретам, на жгуче-черных волосах проступила чуть явная седина, а лицо на всю жизнь сохранило вид как у двадцатипятилетнего. И с тех пор он стал Мраком...

Скауты закончили раскладывать лагерь, несколько из них были на виду. Высокий крепкий парень, поигрывавший в ладони револьвером, несколько узкоглазых, при виде которых Мрака передернуло (он не видел особых различий в китайцах и японцах), и еще какой-то тощий, лицо которого было смутно знакомо... Кровь прилила к вискам, руки чуть задрожали... Этого парня Мрак видел под Джуно! Хотя он заметно заматерел, да и годы взяли свое, но не узнать его было невозможно. Разве что сильно похудел. Лейтенант Макфлай... Из 25 роты... Мрак не был с ним хорошо знаком, но одно его появление значило, что не только Мрак выжил тогда. Неужели помощь-таки пришла и морпехи продержались? Стоп. Может Макфлай тоже дезертировал... Мрак знал еще одного дезертира по имени Говард. Но сейчас тот жил в Джанктауне и подрабатывал на караванщиков. Мрак ощутил совершенно незнакомое для себя чувство - желание первым заговорить с человеком. Во истину, Судьба порой подкидывает сюрпризы...
Мрак продолжал следить за Томасом, пока тот не исчез под тентом. Задул ветер: песчаная буря была совсем близко. Тут Мраку показалось, что слева идет какое-то движение. Посмотрев в бинокль в том направлении, он заметил далеко, в двух километрах группу людей, залезавших в скальный "карман". Разглядеть из-за дальности и надвигающейся бури кто они было невозможно, но появление незнакомцев было неспроста. Неужели тоже по душу Ньюмана?..
Вокруг начали бешено кружиться клубы песка, а ветер чуть не сорвал со снайпера маскировочную ткань. Вот и буря. Пора уходить...

[Alli]

Мелодичная музыка и звучание синтезатора в ушах нравилось Акиро, но он не хотел тратить всё время на отлёживание. Он совсем не устал, даже наоборот, его тело только разогрелось, самое время было дать жару, но, привал есть привал, тем боле, песчаная буря – это серьёзное испытание для любого человека. «Ну что же, жизнь дарит тебе лимон, так сделай из него лимонад» - Вспомнил Акиро цитату Дейла Карнеги – «Эх, отец, как нехватает тебя, твоих советов и знаний, как же тебя не хватает».
Что бы не загружать себя тяжёлыми мыслями перед походом, Акиро встал и немного размяв руки и ноги вышел из под тента. Беспощадное солнце тут же ударило в глаза и стало просачиваться под одежду, но Акиро знал что так и должно быть.
Якудза сидели под тентом и поддаваясь лености от жары и отдыха вели медленные и тихие беседы на разные темы, они уже давно завернули оружие и патроны, Самуто не планировал тренировку, поэтому якудза пользуясь свободной парой часов не занимались абсолютно ничем.
Акиро вышел на самое солнце и направился к тенту скаутов.

Неподалёку на скалах:
Кобо аккуратно пробирался по скалам, используя любое укрытие и любую тень. Подготовленный к буре он был завёрнут словно младенец: лицо закрывалось капюшоном и плотным платком, на глазах были очки от противогаза. Может это и выглядело в некотором роде комично, но именно так, Кобо добился возможности противостоять буре.
Которая, не заставила себя долго ждать…
Первые песчинки (которые кружились в воздухе уже давно), стали резко увеличиваться в количестве и сейчас уже вовсю гуляли по горам, постепенно набирая скорость.
Кобо присел за валуном, от которого хорошо просматривалась тыльная сторона той скалы где находились скауты и якудза, и стал наблюдать. С каждым мгновением, местность всё больше говорила ему о том что он здесь не один, каждая секунда наблюдения отдавала чувством сильной тревоги, Кобо воспользовался усилившейся бурей, и привстав перебежал к другому валуну, тут то он и увидел его…
Этот человек в маскхалате, идущий на фоне беснующегося песка, с винтовкой за спиной вызвал в Кобо смешанные чувства. Однозначно, это был сильный противник, от него веяло тем, что Тени привыкли назвать «необъяснимым веянием», Кобо никогда не мог толком сказать почему он чувствовал в том или ином человека разные уклады и манеры. Его просто что-то подталкивало на это, словно интуиция которая что-то чётко давала знать.
Так и просидел Кобо за валуном, думая об этом человеке, пока тот не скрылся из виду. Тень решил не идти за ним, а остаться здесь, и проследить эту дорогу дальше.

В горном «кармане», в это же время:
Тсумо вернулся быстро. Он нёс с собою трёх монти и одного серебряного геккона. Отчитавшись перед Ницино о том что никел не был замечен и никого не видел, Тсумо показал предводителю результат охоты и отнеся животных к костру, начал вместе с остальными подготавливать будущий обед.
Ницино стоял у края «кармана» и думал: «Определённо, мы здесь не одни. Возможно, это охотники или просто путники которые прячутся здесь от бури, но… что-то во мне говорит что это не так. Я незнаю кто это, но кажеться мне что эти люди здесь не просто так. Ветра! Проклятая буря! Я словно слышу дыхание и биение сердца этих людей! Ах если бы не буря, то я бы излазил здесь каждый валун!».
- Тсумо, - сказал Ницино, - тебя точно никто не видел?
- Нет Ницино-сан, ни души из тех кого мог видеть я.
- А сам точно никого не видел?
- Никого из тех кого мог видеть.
- Ясно… Ямшайго!
- Да Ницино-сан?
- Будь готов ко всему… не своди глаз со всех точек, дыши и живи этой местностью, она много скажет тебе.
- Хорошо Ницино-сан, я прослежу за всем.


Это сообщение отредактировано Alli - 24 ноября 2007 | 22:56

[sorcerer]

Вот и вышел я из тюрячки, парни)

Надвигалась буря. Торн не принимал участия ни в каких работах, которые выполняли скауты, готовясь к остановке. Раньше врач как минимум упрекнул бы себя, что не помогает товарищам, но теперь он только отмахивался от подобных мыслей. Торн стоял рядом с разложенным шатром якудза, держа ладонь на рукояти револьвера из Гилеада, и прислушивался к себе, к окружающему миру. Внутри - странный, мрачный покой, и в то же время - напряжение. И мысли, много мыслей. Тех, что врач всегда гнал, старался заткнуть. Тени вновь взялись за него, стараясь выпить силу, чтобы продлить свою жизнь - и мучать его вновь и вновь. Говорить ни с кем не хотелось, и есть тоже, поэтому Торн достал из рюкзака кусок вяленого мяса, и ел, держа левой рукой - правая не покидала древянной рукояти револьвера. Старое оружие давало сил. И это нужно сейчас - чтобы не сдаться. Иначе все потеряно. Война, которой не видно конца и края, война у себя самого в голове, в душе. Раньше он старался отдалисься от голосов, считая что можно забыть их, и дорого поплатился за потакание этой лжи. Каждый раз, когда он отстранялся от своего врага, он отступал - а враг занимал все больше. Становился сильнее, наглее - а Торн слабее и неуверенней. Ложь, вот их оружие. Слабее ты - сильнее они. Тени, тени.

Но тень твоя тень
на этой стене
что ни день
караулит каждый мой миг

Боль и страх делают их сильнее, насыщая и подпитывая. Они знают тебя так, как не знаешь себя ты. Они не ведают страха и отвращения, они заглядывают в такие уголки твоей сущности, которые ты отрицаешь в себе. Они лакомяся тем, что ты желаешь забыть навсегда. Они чуют то, что ты желаешь скрыть от мира. Они ведают каждое твое чувство, каждую твою мысль. И, разжирев на падали, они смелеют. Они начинают нашептывать тебе. И ты считаешь, что их шепот - твои мысли. Ты покупаешься на то что они говорят, и ослепленный, не видишь как их риторика заводит тебя, беззащитного, в ловушку, в паутину. Они знают тебя, а ты себя не знаешь. Они делают с тобой что хотят, и с каждым разом они хотят все большего.

Две наши тени два верных пса
ненавидящие тебя и меня
все терпеливее день ото дня
все голоднее день ото дня

Торн вспоминал ночь в отеле, вспоминал рану на ладони и кровь капающую на пол, встревоженные глаза Миэко и собственное недоумение. Они уже заставили его причинить себе вред. Спас только короткий фитиль и непокорность, Торн нутром ощутил, что дело нечисто. А теперь пришло ясное понимание, что это был проба сил и однажды тени заставят его сделать нечто ужасное. Убить себя или предать друга. Для них самое изощренное лакомство, когда ты причиняешь боль самому близкому человеку, и потом осознав что сделал, страдаешь сам.
Торн слушал голоса. Теперь он может взглянуть в лицо теням. Их голоса он научился распознавать среди своих мыслей. Он слушает их голоса и внезапно среди мерзкого хора звучит другой голос, такой же низкий, такой же темный. Голос сильной, могучей тени. И этот голос обличает всю ложь, когда либо сказанную тварями. Шаг за шагом, выворачивая наизнанку мысли самого Торна, порожденные ложью, выворачивая наизнанку все что говорили тени, этот голос оправдывал Торна, потому что вина это сильное орудие управления. Виноватый человек сделает все что угодно. Если верит в свое преступление. Голос великой тени освобождал Торна, и открывшаяся правда о себе самом устрашала, а через миг рождалась ярость, потому что это правда не о себе а о том, что сделали с тобой враги. Торн сжимал зубы от стыда, ведь всю жизнь он был куклой в лапах тварей, но голос великой тени тут же напоминал о том, что вся жизнь несмотря ни на что была борьбой с врагом, причем борьбой вслепую, и даже так он побеждал, смог восстановить часть сил, выпитых тенями, отнять их территории, загнать их в угол, и теперь окреп достаточно чтобы все понять и встретить врага лицом к лицу. Ложь их оружие, они ослепляют, ослабляют, потому что боятся открытой схватки, ведь даже представ перед взглядом того, кого старались погубить, они теряют свою силу. Вихрь воспоминаний закружил Торна, вся жизнь, полная боли и унижения, предстала перед глазами, и голос великой тени обращал стыд в гордость, а боль делал тем что придавало сил. Голос великой тени скреплял воспоминания правдой, тогда как голос злобных теней скреплял ложью. И когда видения закончились, они прошли по второму разу, и сейчас уже Торн не ощущал стыда и желания прекратить это, боли больше не было. А потом, глаза заволокла темнота.
- Ты здесь. Внутри себя самого, - раскитистый, густой низкий голос, - я долго ждал этого времени и теперь, мы встретились.
- Кто ты? Тень? - Торн огляделся. Огромная куполовидная пещера, уставленная маленькими свечками, их свет только подчеркивал темноту. Все вещи на месте. И револьвер тоже. Сила этого создания огромна. Оно там, в темноте. Присутсивие ощущается ясно, мощно.
- Да. Я тень. Я твоя боль и твоя печаль, твои разочарования, твоя жестокость, твоя ярость, твоя безжалостность. Все то, что так или иначе чувствуют в тебе твои друзья. Я расскажу тебе, как я появился. Когда то мы были единым целым. Когда ты только родился. Потом пришло горестное время, Торн - терновник. Ты был один, гонимый словно собака теми кто боялся твоей мощи, боялся ее пробуждения. Боялся меня. Ты был изгнан ими. Ты каждый день жил и дышал болью, но ты был еще ребенком, и твое сердце не могло выдержать всего. Поэтому ты уходил от боли как мог, ты мечтал и читал старые книжки, которые эти твари сволокли в огромную кучу под растопку своих очагов. Так мы разделились. Потому что я знал причину каждого их действия, я видел всю грязь мира, но ты не хотел этого видеть и потому тени завладели тобой. Ты стремился сохранить в своем сердце доброту и сострадание, поэтому я молчал. И я учился, каждый день, каждый час. Я становился все сильнее, но тени уже опутали твой разум, а меня ты забыл, Торн - терновник. Ты оставил меня, и даже мне было больно и плохо без тебя и без твоей доброты. И тени заточили меня в гробницу. А тебя они начали мучать, и люди, которые боялись тебя, тоже. Но я, пусть и заточенный, смотрел на все это.
Великая тень замолчала. Это существо ждало ответа. Торн думал. Теперь, освобожденным этим порожденим мрака, он мог думать куда быстрее. Торн хотел было сказать фразу, которую он произнес бы раньше, до этой встречи. А потом, как вспышка багровой молнии, пришло осознание.
- Я оставил тебя, потому что хотел сохранить доброту для них. Но теперь я понимаю, что им нужно только набить свою утробу, а доброта не нужна. Я верил в то что я делаю, а потом веру в то что я делаю мне внушали тени, поддерживая ее. Они не желали чтобы я слышал тебя. Они старались спрятать тебя от меня. Заглушить твой голос. Поэтому мы разделились. Но и я сам становился сильнее и учился, и вот теперь мы встретились.
- Я знал, что услышу это, - раздался голос великой тени, - но наша встреча произошла в том числе благодаря помощи друга. Знай это, Торн - терновник. Ты теперь знаешь, что вас пытались разлучить, чтобы не допустить нашей с тобой встречи. Сомнения.
- Да, я помню..
- Теперь этому конец. Скажи, Торн, ты хочешь увидеть меня?
- Да, ведь мы не виделись так давно.
Из мрака вышел человек. Точная копия Торна. Но лицо - мрачное, властное. Взгляд того, кто выше тебя, того, кому ты обязан подчиниться.
- Теперь ты видишь меня, Торн. Ты знаешь, каков я. Остался последний вопрос. Хочешь ли ты, чтобы мы вновь стали единым целым? Воссоединились наконец? Прислушайся к себе. Ты ведь ощущаешь это. Пустоту внутри себя. Помнишь, после битвы с бандой черепов, ты ощутил себя? Ты помнишь. Потому что ты ощутил меня, Торн. Мое присутсивие, мой голос, мою силу. Мы должны быть вместе, Торн.
- Мне страшно.
- Чего же ты боишься?
- Потерять себя. Уважение к своим друзьям.. и саму нужду в них. Ведь ты не такой как я.
Тот, другой, вздохнул.
- Ты не потеряешь все это. Просто ощутишь все по новому. Без всего что пытались навязать тебе тени. Ты конечно станешь другим. Но ты поймешь. Ты все поймешь.
Торн смотрел в глаза, черные, как погасшие звезды и ощущал с каждой секундой, что все эти слова не обман. Ощущал притяжение и родство стоящего перед ним. И страх отступал.
- Давай будем вместе, как и прежде. Я не хочу бросать тебя. Ты мне нужен.
- Тогда приготовься. Будет больно.
Торн - тень закрыл глаза и коснулся лба врача, и в этот самый миг жар пустыни и ветер, несущий песчинки, вновь предстали перед Торном. Все произошедшее заняло несколько минут, не больше. Буря, пора прятаться. Торн направился к шатру скаутов. Эти несколько минут измотали Торна, измотали болью всей его жизни, обрушившейся сразу и целиком. Болью избавления от теней, болью операции без наркоза. Внутри - пустота. Нет привычного ощущения тепла.
- Кем же я стал теперь, Миэко? Что ты скажешь, увидев меня?
Вспомнив лицо своего единственного друга, Торн ощутил, что хоть на сердце пусто, память осталась. Сердце забилось чуть чаще. Торн глубоко вздохнул. Почему вся его жизнь - боль? Почему все, что есть, обретено через муку? Кто знает..

[Gres]

Такое ощущения, что я иду не один. Вы знаете, бывает такое, когда вроде бы никаких явных признаков, но чувствуется чужое присутствие. Кто-то из старых скаутов говорил, что это сама земля им помогает… А гадкий сержант Стилбд говорил, что это происки подсознания. Этого урода я не очень люблю, но порой он говорит гениальные вещи… Действительно, ведь есть, например, пороги слышимости, а то что выходит за них и явно нами не слышится – все равно ведь воспринимается организмом, только не осознается… или возьмем зрение, а точнее внимание. Вот идешь ты по дороге и вроде все чисто, никаких следов… а подсознание обязательно отметит пару царапин от когтей на камне, явно невидимых… или мельчайший отблеск тоненькой проволочки-растяжки перед тобой. И появляется необъяснимое чувство тревоги. Как говорят, «спиной чую»…
Незаметно двигаться за скаутами было сложно… я никогда еще так долго не уходил в маскировку. Одно дело в школе – преодолеть триста метров земли незамеченным, другое дело двигаться по совершенно различной местности, за совершающей марш группой Скаутов. Которые сами, между прочим знают все мои хитрости и уловки.
Но чутье подсказывало, что помимо скаутов рядом был кто-то еще. Надо быть предельно осторожным.
Тим поплотнее укутался в камуфляжную плащ-палатку, когда уже пройдет эта буря… Хорошо, что я вовремя нашел эту «нору».

***

Буря.
Есть время для подгонки снаряжения, и чистки ствола. Уходили второпях, я так и не успел толком разобрать снаряжение. Хорошо хоть на ходу М-4 почистил, а то в него никто со времен великой войны не заглядывал.
Глядя на это процесс один из скаутов, самый здоровый, очень удивился.
А я, видя его удивленный взгляд, пояснил:
- На войне и не такое приходилось делать.

А сейчас следовало заняться нормальной чисткой оружия. Того от чего зависит, выживание в пустоши.
Да… машинка, конечно, мне досталась не ахти. Этим карабинам хоть и за сто лет уже перевалило – надежности не прибавилось, в отличие от китайских Калашниковых, ни на йоту. От песка клинит только так.
Но хоть это.
Хотя есть все же у меня кое-что.
Черт! А вдруг кто-нибудь еще из Знающих про тайник выжил?.. Вряд ли. Дюк говорил, что он последний... Ну и еще пара человек наверху. Вряд ли кто-то из них пережил Удар. Дюк попал к нам из разведки.

Я узнал от него про этот схрон совершенно случайно. Обмолвившись, что я из Вегаса. Дюк тогда еще ляпнул: «Ну да, служил я у вас»!
А я несказанно удивился, потому что сам хотел служить рядом с домом, а служить было НЕГДЕ!.. Вокруг «игорной зоны», коей являлся мой родной город, не было частей и соединений армии США.
- И в какой же части? – спросил я, думая его подколоть.
- В такой, которой и на карте-то нет… Не подконтрольна она Пентагону. И не значится нигде… Да и не часть это вовсе…
Погиб он в котле под Джуно. Один из самых толковых ребят был в нашей 25-ой роте.
Вот так я и узнал… осталось только найти толковых ребят, умеющих обращаться с техникой.

Врач опять куда-то исчез. Что-то с ним не то.
Нет, конечно, по нам всем тут клиника Роби Бенсона плачет… по всем, кто пережил эту войну.
Но с врачом что-то происходит.

Это сообщение отредактировано Gres - 13 декабря 2007 | 09:13

[sorcerer]

Сделав пару шагов к шатру, Торн замер. Быстрый поток мыслей выдал слова, обрушившие на скаута поток боли. Боль. Толченным стеклом она ползла по венам, не давая пошевелиться, подумать, вздохнуть. Сжав зубы, Торн медленно сел на камень скалы, уже покрытый песком, буря секла лицо, но Торн не замечал этого, закрыв глаза и сжав зубы, он только судорожно гадал, не разорвет ли его на части, сможет ли его тело и душа выдержать все это.
Вот и все. Конец. Верить больше не во что. Жить незачем. Он сам родился только для боли, ее верный поклонник и гурман. Боль. Вся жизнь, недолгие девятнадцать лет. Была надежда, оказавшаяся только красивым видением. Была вера, оказавшаяся фанатизмом. Был он сам. Был. А теперь - он ничто. За один день потеряв все, что давало подумать что он спасен. От боли нет и не будет спасения. Он сгорел зря, став кучкой пепла, никому не нужного. Сгорел зря, глупо, нелепо.
Торн ощущал, как мелко трясутся его руки. И понял, что теперь эти руки никому не дадут исцеления. Он сломлен. Выжран своими страданиями, как труп шакалами. Теперь эти руки могут только причинять боль. Пепел. Холодный и никчемный. Сердце почти остановилось, дыхание сбилось, став слабым и медленным. Жизнь? Нет. Агония. От лица отлила кровь, оставив тени под глазами, почерневшими глазами. Вот и все.
Торн встал, и посмотрел вперед. Пески. Пусть станет одним странником больше. Он не может быть здесь. Больше не может. Его место там, в пустыне. Но.. Убийцы нападут на лагерь. Нет. Надо остться здесь, чтобы никто не сказал, что он предатель. Если будет битва, будет и возможность умереть. И все это наконец закончится. Навсегда.
Торн залез в шатер скаутов, прилег у стенки. Подумав о Миэко, ощутил слабое тепло в груди. Зачем? Почему он не может сгореть до конца? Для чего это все, для новых страданий? Пусть убийцы придут поскорее. Тогда он наконец сможет умереть.

Боль. Внезапно ее сменил дикий огонь в груди. Торн резко открыл глаза. Теперь по венам пульсировало всепожирающее, неугасимое пламя. Торн снова ждал убийц. Но уже совсем по другой причине.
Маятник. Качается из стороны в сторону. Скаут думал, сможет ли он все это выдержать.
Изнутри раздался голос, голос Торна - Тени. Торн внимательно слушал.
- .. теперь ты и сам понял.
- Да, - ответил скаут, - и нам действительно нужно это сделать. Больше ничего нельзя предпринять.
- Ты знаешь, на что мы идем?
- Это ничего не меняет. Ты же знаешь, - устало ответил Торн.
- Знаю. Просто хочу знать что ты готов. Лучше сейчас спросить..
- Я готов. Пусть они приходят.
Торн - Тень кивнул.
- Мне что то хочется сказать, но я не знаю, что..
- Скоро все кончится. Так или иначе. Давай просто молчать.
- Давай, Торн - терновник. Давай..
- Только последний вопрос..
- Да? - спрашивает Тень.
- Ты не боишься?
- Нет. Как и ты. Нам больше нечего бояться. Самое страшное уже произошло. А теперь, давай молчать, Терновник..
И они замолчали.

Это сообщение отредактировано sorcerer - 28 ноября 2007 | 22:13

[Alli]

Кобо сидел за валуном и пытался вглядеться в окрестности задуваемые песком, но у него мало что получалось, так как буря усиливалась с каждой минутой и даже проникала под одежду Тени. Решив, что нахрдится на месте больше не имеет смысла, Кобо поднялся, и наклонив голову к земле стал пробираться к лагерю.
Около шатров, Кобо увидел силуэт, стоявший на пригорке. Подумав, что это может быть кто-то незнакомый, Кобо вытащил стилеты и припав к земле стал ползти к нему. Но, когда он подполз на достаточное расстояние, что бы увидеть фигуру в лицо, он понял что оружие было вытащено зря. На пригорке стоял Торн, его лицо задувало песком, но он словно не чувствовал этого, Кобо подумал что с ним что-то не так, и уже собирался броситься и повалить его на землю, что бы защитить от песка, который царапал ему лицо со страшной силой, но Торн сам спрагнул с пригорка, и не заметив Кобо направился к шатру скаутов. Отметив для себя, узнать, зачем Торн стоял здесь, Кобо нагнулся, и гуськом пробежал до шатра якудза.
- Как поход? - Спросил Самуто, едва только Кобо зашёл в шатёр.
- Я не ошибался, мы здесь не одни. - Ответил Кобо.
- Сколько их, кто они? - Нахмурившись спросил Самуто.
- Я видел одного, он уже уходил в противоположную от лагеря сторону.
- Всего одного?
- Да, но, это возможно был только разведчик.
- Каков он, я никогда не понимал чувства Теней, но всегда им доверял, ибо Вы, редко ошибаетесь.
- Я прочувствовал его, как смог... это сильный противник, от него веет холодом и решительностью. Возможно он снайпер, за спиной у него висела винтовка, а сам он был в маскхалате.
- Значит разведчик. Иначе кем он может быть.
- Что будем делать? - Спросил Акиро.
- Надо оповестить Эндрю, и решить. Я думаю ты этим займёшся, мне надо позаботиться об оружии, что бы его не задуло песком до неисправности.
- Хорошо, я пройду к нему прямо сейчас.
Акиро встал и направился к выходу из шатра, но прямо перед выходом, к нему подошёл Кобо и шепнул на ухо: "Поговори с Торном, по моему у него проблемы"

Это сообщение отредактировано Alli - 6 декабря 2007 | 11:24

[sorcerer]

Резко открыв глаза, Торн уставился в "потолок" шатра. Такое ощущение, что н видит все это впервые. Торн сам ощущал себя появившимся на свет только что, в этот самый момент.
Прислушавшись к себе, скаут не ощутил ни боли, ни усталости. Воспоминания остались на месте. Торн попытался вызвать Тень, но ответа не последовало, как и ощущения двойника внутри себя. Прежнего Торна тоже не было. Две личности стали одним. Две противоположности стали одним целым.
- Наверное, мы были не столь разными как нам обоим казалось, - подумал Торн, - и когда мы это поняли, все и случилось.
Скаут оглядывался. Все, что составляло его жизнь, чувства, осталось за чертой. В прошлом. И пусть по времени это было минуту, или пару минут, скаут ощущал что прошли столетия.
Торн сел по турецки, уставившись неподвижным взглядом в "дверь" шатра. Сейчас он думал. Вновь оглядывал себя изнутри. Сила струилась по венам медика. Нет больше ничего, что он не сможет преодолеть. Ничего..

Торн сидел, и погляди он в зеркало, увидел бы что волосы его стали пепельными, а лицо - жестким, бледным, как мраморная маска. А сними скаут свой комбинезон, он бы удивился - на левом плече появился сам собой странного вида символ.

[sorcerer]

Вот и наш совместный пост)
Шум бесновавшейся за пределами навеса бури не давал уснуть, и вскоре Миэко оставила попытки попасть в объятия Морфея. Все так же сидя у своего рюкзака она молча наблюдала за сидевшими в импровизированном "шатре" скаутами. Было скучно, и хотелось с кем-то поговорить. Акиро поблизости не было: якудза устроили свой собственный навес, и подрывница решила поискать Торна. Поднявшись, она пошла в другой конец "шатра". Крыша шатра была довольно низкой, и скаутам приходилось при ходьбе пригибаться, Миэко же рост позволял почти не испытывать этого неудобства.
Сначала ей показалось, что Торна под навесом не было совсем, но медик, как оказалось, неподвижно сидел в углу. Когда девушка подошла к нему, то от удивления широко раскрыла глаза. Торн будто бы преобразился в кого-то другого, доселе незнакомого. Волосы приобрели пепельный цвет, лицо стало похоже на каменную статую, да и сам медик будто бы прибавил лет пять в возрасте. Миэко застыла в растерянности, уставившись на старого друга.
Торн ощутил на себе чужой взгляд. Медленно повернув голову, он встретился взглядами с Миэко. Старая боль вновь поднялась, но усилием воли скаут подавил ненужный порыв. И все же, он ждал когда она придет. Что теперь сказать? Ведь они не виделись.. так давно. Быть может, она знает уже совсем другого человека, ушедшего в прошлое. Нужен ли он ей теперь? Знает ли она, кем он стал? Опять вопросы.. Как было хорошо, тихо.. Он не должен так думать, но все же подумал. Закрыв глаза, Торн склонил голову.
- Привет, - тихим ровным голосом приветствовал Торн, - не спится? Этот вой ветра, такой уютный..
Голос Торна - еще более спокойный и ровный, чем раньше, показался даже страшным. И сам взгляд медика - каменный, бездонный будто смотрел не человек, а сама Пустошь. Девушка сделала было шаг назад, но, взяв себя в руки, ответила:
- Даа... Уютный... Не мешаю? Может я не вовремя?
- Ты.. Ох.., - на миг голос скаута стал совсем тихим, словно сорвавшись, потом Торн нашел в себе силы продолжить, - Все в порядке, хорошо что ты зашла.. А почему ты на меня так смотришь, странно?
Торн ждал ответа Миэко, замечая как сильно бьется его сердце, как начинают дрожать руки, и где то вглубине вновь вскипает кровавая пена.. Зачем, зачем он не ушел? Пусть бы стал предателем, это лучше чем обрекать себя на новую пытку. Снова, все снова теперь. Торн сжал зубы.
Миэко не нравилось, когда происходило что-то, чего она не понимала. И еще больше не нравилось, когда это что-то происходило с близким человеком. И сейчас какой-то странный, доселе невиданный страх перед изменившимся другом постепенно стал уступать место желанию разобраться, узнать что явилось причиной возникновения этой пустыни в глазах Торна. Миэко сделала быстрый шаг вперед и неслышно опустилась рядом с медиком, сев справа от него, плечом к плечу и заговорила:
- Торн, я знаю тебя слишком хорошо, чтобы не заметить в тебе перемен. Что случилось?..
Беснующийся ветер глушил произносимые слова, делая их неслышными для остальных, находившихся под навесом.
- Не зажимайся, мне ты можешь говорить все... - добавила подрывница.
Торн ощутил близость Миэко. То, чего он так ждал, и то, чего так опасался. Счастье и боль. Вперемешку. Что ж, это наверное лучше, чем просто боль, которая сопровождала его всю жизнь. Горло перехватило, на глаза навернулись слезы, но все это Торн воспринял и равнодушно, и одновременно с горечью. Что он скажет.. Стоит ли.. Впрочем, чего еще бояться? Какой муки ждать, когда все уже пройдено? Боль пульсировала внутри, алым огнем выжигая душу. Торн хотел совладать с собой, но не стал, просто послав все к черту, отдавшись этому страданию, проклиная себя.
- Я.. мне очень трудно говорить сейчас.., - прошептал скаут, так словно воздуха ему не хватало, или чья то рука сдавила горло, - Если ты хочешь быть со мной.. то есть это круто что ты здесь.. просто посиди рядом, ладно? Скажи что нибудь.. Черт, да что угодно, мне просто охота тебя услышать..
Интуиция подрывницы тонко чувствовала состояние Торна, и под коркой ледяной отрешенности стали показываться острые шипы боли...
- Что ж, это самый оригинальный способ, которым меня просили отвалить и не лезть в душу, - улыбнулась Миэко.
Тут она вспомнила, какое облегчение приносило одно прикосновение Торна, успокаивая боль от любой раны. Даже когда она по своей глупости и чьей-то бесшабашности прострелила ногу Эндрю в один прекрасный день в гараже... А может, попробовать так же?..
Положив Торну ладонь на плечо, девушка произнесла:
- Знаешь, когда-то отец сказал мне, что настоящий друг - тот, кто настроен с тобой на один лад. Такого можно понять даже без слов. Я знаю, а может, просто чувствую, что тебе больно. И хочу помочь. Нет, Мистер Здоровяк, я не предлагаю помощь, я настаиваю. Как бы тяжело ни было, я думаю, вдвоем унесем...
Торн мрачно рассмеялся, тихо, и на первый взгляд нельзя было понять, смеется он или рыдает. Повернувшись к Миэко, скаут посмотрел девушке в глаза и спросил:
- Так и сделаем.. но.. впрочем, давай..
И боль вспыхнула с новой силой, теперь уже не только за себя, но и за Миэко.. не нужно наверное соглашаться. Он только хуже сделает, все усугубит.. Торн смотрел на свою дрожащую ладонь.
"О, Пустошь, какой страшный взгляд..." - страх опять рванулся на поверхность, но отступать было некогда и некуда... Глядя Торну прямо в глаза, Миэко твердо и холодно спросила:
- Что тебя тяготит, Торн? Что тебя так изменило? Что ты увидел такого, что превратило тебя в того, кто смотрит на меня как сама Пустошь?..
Торн закрыл глаза. Через миг открыл, лицо его омертвело, словно скаут стоял у последей границы, отделявшей от превращения в кого то другого. Совершенно другого.
- Дело в том, - спокойно, на одном дыхании произнес Торн, - что я не нужен. Когда я это осознал, пришла боль. Ничто не могло утешить ее. Осознание ненужности и бесполезности моей жизни послужило тем, что я стал другим. Таким, что больше не буду страдать и мучать других.
"Нет, ну это совсем..."
- Кто тебе сказал такое? - нахмурившись, спросила девушка, - Я конечно понимаю, что многие к моему мнению не всегда прислушиваются, но ты не из их числа. Я не буду говорить за всех, но ты и сам прекрасно знаешь, что ты для меня значишь... Торн, как мне еще доказать тебе что ты нужен нам? Нужен команде? Нужен мне?..
Тут Миэко смахнула упавшую на глаза прядь волос, и тихо продолжила:
- Если честно, был момент, когда я сама думала, что мне не место в команде. Боялась, что раскроют мое прошлое. И если бы не ты тогда, то скорее всего я бы ушла. И после этого ты смеешь говорить, что мучаешь своим присутствием других?..
Торн вновь усмехнулся.
- Зачем? Зачем я нужен? Если ты хочешь помочь мне сейчас, значит ты считаешь что со мной не все в порядке.. А раньше, я сам считал что не в порядке я сам.. Знаешь, мне уже за*блось все это.., - лихорадочно шептал Торн, - Я уже конченный, хана мне, и я хочу только сдохнуть на*уй когда эти головорезы сюда придут. Я вообще хотел уйти куда нибудь к черту на рога в Пустошь и ходить там один как дикий зверь, забыть про все, забыть про сами мысли.. Мне просто надоело сдерживаться, Миэко.. После всего что я сказал мне теперь одна дорога, в могилу..
Хохотнув, Торн продолжил.
- А не нужен я.. Никто мне не говорил. Взял и понял. И я сам не знаю как доказать тебе и себе самому то, что я видимо навсегда уже забыл.. и это еще одна причина чтобы сдохнуть к чертям собачьим навсегда..
- Вот думал я, нашел покой.. оказалось, нет, - закончил Скаут
- Да не верю я, что ты бы просто так взял и ушел, Торн. Ты боец, воин, а сейчас рассуждаешь как человек, у которого ничего нет, который постоянно боится. Я тоже боялась, этих гадов. - маленькие ладони Миэко сжались в кулаки. - Но тогда именно ты помог мне избавится от своего страха. Я тоже хочу, чтобы это побыстрее закончилось. Но убьют не нас, убьем мы. Но если кого-то из вас: Энди, Акиро или тебя убьют, тогда и для меня все это потеряет смысл. Потому ты просто не имеешь права так говорить, Торн...
Скаут покачал головой.
- Я не хочу чтобы это закончилось и я не боюсь убийц и смерти. Наоборот, я хочу ответа на свой окончательный вопрос. Даже если я выживу, я уйду, нечего мне больше здесь делать. Да, я помог тебе, и это хорошо, но.. Видимо пришло время посмотреть в глаза правде.
Торн молчал, собираясь с мыслями.
- Я удивлен тому, как ты на меня смотришь. Только что я думал, что наконец мои мучения кончены, а оказывается, нет.. Знаешь, я говорю тебе все это.. я ведь просто вспоминаю, Миэко.. мне уже не больно сейчас.. больше нет.. Там, раньше, я мучался и чего то хотел, и больше всего я хотел чтобы ты пришла.. Теперь ты здесь и я не знаю, рада ли ты тому что видишь..
Миэко молчала, отвернувшись и глядя куда-то в сторону. Тут пара темных глаз снова обожгла медика.
- Так значит все?.. Война закончится и больше не увидимся?
Торн сжал зубы.
- Я не знаю что тебе сказать, Миэко.. Мне сейчас до того погано.. Может быть еще хуже, чем было сегодня.. Я не знаю, можешь ли ты выслушать все, что я хотел сказать.. когда тебя не было рядом.. Вот ведь ирония, когда я хочу говорить тебя нет, когда ты рядом.. мне как будто уже и не надо.. Может, все же.. расскажу тебе.. напоследок..?
Подрывница снова не смотрела на Торна, даже немного отодвинувшись.
- Напоследок... Ну расскажи...
Торн повернул руки ладонями вверх.
- Я смогу только так.. иначе я сдохну на первом же слове..
Миэко вопросительно посмотрела на него и медленно, как бы нехотя, протянула медику свои ладони.
- Возможно я прокляну себя за это, - прошептал Торн, взяв ладони Миэко в свои, - но мне уже все равно.
Глаза скаута смотрели прямо в глаза девушки, его зрачки расширились, став самой темнотой.
.. темнота. По нервам словно протягивают колючую проволоку. Каждая клетка тела кричит от боли, каждый клочок души. Он пытается бороться, вновь и вновь говорит себе что все справедливо, и боль отступает, постепенно уходит прочь, оставляя только холод и спокойствие..
.. злоба, которую он не должен испытывать, захлестывает с головой, бешеная, неистовая. Он не должен был страдать. Не должен. Почему? За что? Злоба. Он знает, что злиться здесь можно только на себя и свою глупость. Злоба уходит. Холод и спокойствие остаются.
.. ожидание. Сильнее, чем голод, ужасней, чем жажда, ожидание вытравляет его душу. Он смотрит на ожидание и говорит, что не вправе требовать столь многого. Ожидание исчезает. Холод и спокойствие.
.. огонь. Яркий и буйный, он требует взорваться и сгореть дотла, отдав все до последней искорки. Он смотрит на огонь и понимает, что это неправильно и жить нужно для себя.. только для себя. Нельзя жертвовать и тербовать жертв от других. Нельзя быть открытым и проситься за чужие границы. Это неправильно. Огонь угасает. Воцаряется холод и спокойствие.
.. снова огонь. Черный, вязкий. Это боль. Зачем она? Зачем сожаления? Ни к чему. Все справедливо. Все так, как должно быть. Холод. Спокойствие.
.. ощущение покоя. Он наконец понял. Понял, как на самом деле надо жить.
- И я стал тем, кто я есть сейчас, - произнес Торн.
Миэко внезапно мелко задрожала, будто от холода... Убрав ладони, она тихо произнесла:
- Страшно... Ну вот. А я думала, до конца тебя знаю. Ты видел и знаешь больше чем другие, и в конце все равно наступит покой...
- А я не хотел.. не хотел покоя.., - прошептал Торн, - я хотел только быть с тобой.. до конца..
- А зачем тогда уходить, Торн?.. Эту дорогу ты знаешь, и уже не раз по ней ходил.
- Потому что мои идеалы оказались ненужными, - ответил Торн, - потому что у всех свои планы и свои мнения, потому что все слушают только себя.. Если бы ты знала, как я рад что ты просто живешь.. что ты есть.. даже сейчас я радуюсь этому. Я никому не говорил про себя столько, сколько тебе, и так не доверяю никому, как тебе.. И без тебя, мне незачем жить. Если будет надо, я отдам за тебя свою жизнь. Я просто по другому не смогу. Но ведь это.. делает меня твоей тенью, не так ли?
Миэко улыбнулась.
- Торн, все, что ты сейчас сказал... Все это работает и в обратном направлении. Про меня ведь тоже никто не знает столько, сколько ты. Да, я уже рисковала собой, стараясь помочь команде. И готова рисковать дальше, лишь бы с тобой ничего не случилось. И это никак не делает меня и тем более тебя чьей-то тенью. Просто у каждого своя роль, Торн. И свой выбор. Если ты чувствуешь, что не должен так поступать - не надо.
- Что ты имеешь в виду?
- В смысле, это не делает тебя моей тенью. Но если тебе действительно так кажется, то я могу обойтись и сама по себе.
- Я так не считаю, - поспешно ответил Торн, - я не считаю что преданность делает тенью.. Это по моему мнению вообще бред.. Ты же знаешь, что это все от чистого сердца.. Ты же чувствуешь..
- Конечно. Так может, пусть все будет так как есть?..
- Пусть будет.. Миэко, я уже не смогу стать прежним. Но думаю.. я смогу научиться любить снова.. Я еще нужен тебе?
- Конечно. Нужен любым. - улыбка Миэко, казалось, озарила темное помещение под навесом.
Лицо Торна скривилось, как от боли, скаут прижал руку к груди, и Миэко наблюдала глубочайшую трансформацию, происходившую со скаутом.
Удивительно... Столько боли в нем, и оболочка крепкого, стойкого воина скрывает душу, перенесшую страдания, сравнимые с теми, что перенесла бедная Земля в Великую Войну. Хотя ему нет и двадцати, но он уже видел и знает то, что знают немногие...
Миэко почувствовала ком в груди, будто часть испытываемых Торном страданий перешла и к ней. Спокойно выдохнув, она посмотрела на медика и спросила:
- Надеюсь, тебе уже легче?
Торн погрузился в себя, полностью отдавшись перемене, затронувшей все его существо. Миэко. Ведь он всю жизнь ждал именно ее. Друга, терпеливого и внимательного, заботливого и преданного. Боль уходила, растворяясь внутри, делая душу скаута богаче на рубцы и шрамы, но все же, врач чувствовал что перерождается, становясь сильнее и крепче.
- Надеюсь, тебе уже легче? - голос Миэко позвал Торна.
- Да.. - взглянув в глаза подрывнице, ответил Торн, - да, мне легче.. Ведь ты рядом..
Миэко улыбнулась в ответ, сверкнув в мрачном помещении под навесом своими похожими на два темных кристалла глазами. Она не знала большего счастья в своей жизни, чем вот так быть рядом с теми, кто нуждается в её помощи. И большего горя, чем видеть как близкий умирает на ее глазах. Но сейчас мысли о предстоящем ушли куда-то вглубь сознания, освободив место для счастья именно в этот момент, посреди гор в Пустыне...
- Ну вот, здоровяк... Теперь ты понимаешь, что есть еще ради чего пожить...
- Понимаю, - ответил Торн, - и понимал раньше. Но раньше меня сдерживали путы.. А теперь.. теперь, нет. Я не могу точно сказать, что было со мной раньше.. теперь все словно пропастью отделено, есть только сейчас. И я стал другим..
Торн взял в свою руку ладонь Миэко, и глядя в глаза, горячо прошептал:
- Мы пройдем.. мы обязательно пройдем.. Я верю в это. Как хорошо, что ты рядом..
Миэко ощутила тепло, исходившее из рук скаута, ощутила любовь, которую способен испытывать только тот, кто очень сильно страдал.
- Ты значишь больше для меня, чем моя жизнь.. Ведь без тебя она - ничто..
Под взглядом Торна подрывница немного смутилась. Отведя взгляд, она вспомнила кое-что. Когда-то давно один человек сказал ей то же самое, когда они совершали побег из своего родного городка и долго шли до окрестностей Лос-Анджелеса. Но время прошло, этот человек сильно изменился, и теперь возможно именно он преследовал группу скаутов со своими людьми. От его тогдашних слов осталась только память.
"Ну почему, почему это вспомнилось сейчас, так некстати?.." - подрывница поймала на себе взгляд сидевшего рядом скаута и сделала попытку улыбнуться:
- Ты тоже, Торн...
Торн молчал, обдумывая услышанное. Словно найдя для себя нечто недостающее, он ощущал свою целостность. Огонь внутри разгорался, но кое что не давало покоя. Тень, промелькнувшая по ее лицу.
- Миэко.. Скажи мне.. Я даже не знаю, как спросить, но я заметил.. когда ты говорила, какую то боль в тебе. Прошу, скажи мне..
.. Ведь ты знаешь теперь, передо мной нечего стыдиться..
Посмотрев куда-то вверх, будто сквозь плотную ткань навеса на ночное небо, Миэко ответила:
- Ты проницателен, как шаман... И наверно уже и так все понял... Прошу, не будем ворошить это сейчас... Не хочется думать о плохом, когда впереди тяжелый бросок. Хочется отдохнуть как следует.
Торн улыбнулся, легко прикоснувшись к щеке Миэко и тут же убрав руку.
- Тогда посмотри мне в глаза, Миэко. Я не буду ничего говорить. Просто посмотри..
Девушка подняла на скаута взор. Теперь темные кристаллы смотрели чуть вопросительно, но все так же тепло.
- Я шел через боль, - тихо, вкрадчиво шептал Торн, и в его словах не было страдания, сомнений, только уверенность и теплота, - Всю свою жизнь. И я никогда не сделаю больно тебе. Посмотри. Ведь ты видела все, что я перенес. Я знаю, как тяжело бывает, и поэтому я хочу уберечь тебя от всего что досталось мне. Ты видела мою душу.. Ты же все понимаешь.
Опустив голову, Торн глубоко вдохнул, затем снова посмотрел в глаза Миэко, стараясь затронуть самое дно ее души. Дать понять, на что он готов ради нее.
- Я другой, чем многие из тех, кого ты видела, Миэко. Я обещал ничего не говорить, но я не могу сдержаться. Я просто буду рядом с тобой, до конца. Это.. это все что я смогу сделать для тебя.
- Торн, я... - начала было Миэко, но её прервал звучный голос Эндрю:
- Группа, приготовиться к отбытию! 5 минут!
Миэко вздрогнула как от удара. И тихо произнесла:
- Ну вот... Так быстро время прошло. Пора собираться...
Торн коротко кивнул Миэко, улыбнулся, и тут же его лицо приобрело вид мраморной маски, черты лица стало словно бы резче, взгляд острый, цепкий, но Миэко разглядела игривые, веселые искорки.
- Вот и пришла пора. Только одно.., - скаут достал из отдела ботинка свой нож и протянул подруге, держа рукоятью вперед, - это тебе. Пусть будет с тобой.. И если что, пусть моя ненависть и боль сделают его лезвие острее..
- Ii desu yoou... - довольно прошептала подрывница, взяв в руку опасную игрушку. Взмах - и лезвие мелькнуло с другой стороны ладони, еще взмах - и нож перелетел в другую руку из-за спины. Девушка вытянула ладони перед собой, и нож начал перепархивать из одной руки в другую и обратно.
Наигравшись, она с явным удовольствием, нараспев, произнесла:
- Боевой кинжал десантных частей армии США - Ка-бар... Спасибо тебе, Торн...
Затем Миэко чуть заметно кивнула, подмигнула скауту, и, с легким лязгом загнав нож в карман-кобуру на бедре, бодро зашагала к своим вещам.
Торн сидел на месте, улыбаясь. Рюкзак при нем, револьвер тоже. Одно но.. Быстро скинув рюкзак, врач выудил из врачебного набора тонкий острый зонд, похожий на динную спицу. Эту штуковину скаут и поместил в опустевший отдел ботинка, ухмыльнувшись. Если что - в глаз. Быстро сложив вещи обратно, врач наслаждался стоящей перед глазами картинкой - Миэко с ножом, радующаяся подарку.
Впереди дорога. Снова. И боль. Но это, не страшно.

Это сообщение отредактировано sorcerer - 12 декабря 2007 | 20:20

[Gres]

Так, чертова буря идет на убыль… Пора пройтись по окрестностям.
А сперва - залезть на высотку справа от лагеря, которую я приметил еще вчера. Оттуда можно неплохо осмотреться. И старенький десятикратный бинокль, опять же – из скаутского аванса. Тот старичок, который я отобрал у караульного, замотанный изолентой остался на месте нападения на меня собако-волка или непонять-чего.
Хорошо, кстати, что эта тварь обладала собачьими рефлексами и прыгала сразу целясь в горло. От собачек в свое время научили нас обороняться. Не был бы так истощен – голыми руками и ногами бы завалил. Плевое дело – всего-то пара ударов.
Но тогда я не был готов к поединку. Чисто рефлекторно встретил пасть твари блоком. А когда челюсти сомкнулись на руке – ударил мачете по горлу. А потом еще разок – для верности, прорубил до самых позвонков. Самым сложным делом оказалось разомкнуть пасть…
Левая рука до сих пор покоилась на перевязи… когда уже там все зарастет?..

Томас взял карабин и небольшую сумку со всякими полезностями и направился к выходу из под шатра.
- Далеко это ты собрался? – поинтересовался Эндрю.
- Там справа неплохая высотка – хочу осмотреть окрестности.
- Отменяется. Через пять минут – выступаем.
- Понял, командир! – Томас шутливо козырнул, и развернулся.

- Группа, приготовиться к отбытию! Пять минут! – покричал Эндрю поднимаясь.

Том двинулся к своим вещам… и нос к носу столкнулся с врачом, собравшимся к выходу.
- Ага, док, малая нужда?.. – осклабился Томас. Торн молча остановился.
- Когда уже я избавлюсь от этого? – потряс он перевязью. – долго мне еще из себя калеку изображать?..
Торн, глядя куда-то за спину говорившему, а точнее в далекие дали, которых в шатре не наблюдалось, не проронил не слова.
- Эй док, это что? У тебя проблемы?..
Торн быстро оглядел Томаса, взгляд остановился на перевязи.
- Нет, у меня в порядке все. А вот у тебя смотрю, проблема как раз есть.. Не зажило? Странно..
- Ну да, как же... порваные связки за пару дней!.. Волшебство блин. Тут только суперстимпак поможет...
Немного смутишись, врач быстро достал стимулятор из кармана жилета, и улыбнувшись, сказал:.
- Сейчас выступаем уже, поэтому я не успею тобой заняться как должно. И суперстимпака, к сожалению, нет. Сделаю укольчик.
Пока Томас закатывал рукав Торн достал стимпак и акуратно ввел его чуть выше локтя, в плечо...

И еще - пара заготовленых постов выше.
Я снова в теме.

Это сообщение отредактировано Gres - 14 декабря 2007 | 16:34

[Alli]

Акиро вышел из шатра якудза и направился к Эндрю. Войдя в шатёр скаутов он увидел Эндрю и Миэко в конце шатра, они о чём-то разговаривали, вспомнив просьбу Шадо о разговоре, Акиро направился к командиру, который полусидел на песке, и считал обоймы.
- Эндрю. - Позвал Акиро.
- Что? - Спросил Эгдрю подняв голову.
- Надо поговорить, насчёт вылазки Шадо. - Ответил Акиро и сел около скаута.
- Неужели он кого-то встретил? - Изумлённо спросил Эндрю.
- Да, более того, Самуто предположил что это был всего лишь разведчик, и в его словах есть не мало смысла! Кобо видел человека со снайперской винтовкой, в маскхалате! Он явно наблюдал за нами, потому что Кобо заметил его тогда, когда он уже уходил.
- Чёрт побери, только этого ещё не хватало. - Озадаченно сказал Эндрю. - Он точно был один?
- Да, по крайней мере, Кобо больше никого не видел, а его в этом плане можно доверять.
- Где Самуто?
- Разбирается с оружием, готовит свои ПП для перехода, песок же всё таки.
- Ясно, слушай скоро мы выдвигаемся, я переговорю со скаутами, скажу что бы смотрели в оба.
- Мы поступим так же, когда выходим?
- Через 10 минут, передай остальным в вашем шатре.
Акиро встал, и прошёл к выходу, перед ним он обернулся и увидел Миэко и Торна, они держались за руки, "Может быть показалось?" - подумал Акиро, и побыстрее вышел из шатра, что бы его не видели. Он шёл, и прекрасно понимал, что обманывает лишь сам себя...

- Что сказал Эндрю? - Спросил Самуто аккуратно заворачивающий второй ПП в тряпку.
- Нахмурился, сказал что через 10 минут выход...
- Знаю! - Перебил его брат. - Что он сказал про того кого видел Кобо?
- Сказал что скауты будут смотреть в оба.
- Это очевидно! Что он сказал про этого ублюдка с винтовкой?! - Обозлился Самуто.
- Ты злишся брат. - Тихо и медленно сказал Акиро, он знал как общаться с братом, когда он зол.
- Да! Я злюсь из-за того, что нам приходиться как крысам бегать от вероятного портивника, который в наглую за нами следит! Вот это меня заставляет злиться!
- При чём здесь слова Эндрю?
- При том же, его идея была валить из города! Теперь, пусть наблюдает за последствиями, нет ты не думай, я уважаю этого человека хотя бы за то, что в свои года он уже успешно командует группой, но его идеи, может оно было и правильно, покинуть город, но за нами следят сейчас!
- Что ты предлагаешь?
- Для начала узнать кто это... Кобо! - Позвал Тень Самуто.
- Да? - Отозвался Кобо.
- Кто это мог быть?
- Кто угодно, мне кажется что он был в Джанктауне.
- Точно? Может быть это Ямшайго? Ты уверен?
- Самуто, я уверен в том, что это был не командир "Чёрной Розы", его я знаю лично, он другой... тот кого я видел на холме вообще личость тёмная, мне кажется.
- Тени... хотя, никто не в силах дать точного ответа в этой ситуации. - Успокоился Самуто.
"Группа, приготовиться к отбытию! Пять минут!" - прокричал Эндрю.
- Итак, проверьте оружие, надёжно ли оно, песок хоть и не дует, но забиться в стволы может всё равно, так что проверьте ещё раз. Держите руки ближе к стволам, мало ли чего. - Отдал распоряжения командир скаутов. - А теперь, выходим...

Это сообщение отредактировано Alli - 14 декабря 2007 | 12:12

[sorcerer]

Хэй - хэй юэсэй! Томас.. то есть Грэс, в чем дело? Ты же читал мой прошлый пост? Торн не психопат, ему просто было очень_нехорошо, и даже в таком состоянии он оказал бы помощь. Тем более на момент сбора у Торна ножа уже не было (опять же пост), а отрезать руку зондом..

Вобщем, надо этот момент переиграть, я категорически не согласен с ТАКИМ поведением моего персонажа.. ну мог брякнуть что то грубое в худшем случае, но руку б он вылечил во что бы то ни стало.

Более того, на момент обьявления готовности Торн уже оклемался и не ответил бы так нуждающемуся в помощи.

Если нужен диалог - пиши в личку, я никогда не откажу в этом. Для меня реально важно отображение Торна, и я б хотел больше согласованности видеть в этом вопросе. Я не кусаюсь, мне можно и нужно писать))

Грэс, я надеюсь ты меня понял правильно и обиды не держишь.

[Gres]

2 sorcerer

Согласен, извини.
Просто этот топик писался перед твоим "совместным" постом. А потом...
И с ножом, согласен, - протупил. Мне почему-то показалось, что их было два. )))) А зонд - это так.

Кидани мне реплику Торна после

QUOTE

- Эй док, это что? У тебя проблемы?..

этого.
Ну и вообще - возможные варианты действия. Для переписки - на связи буду ночью (в 16-17 часов по Москве)...
С уважением, GreS.

[sorcerer]

Личку отослал, спасибо за понимание.

Это сообщение отредактировано sorcerer - 14 декабря 2007 | 09:27

[sorcerer]

Вот и разобрались. Gres, спасибо, но почему ты такой невнимательный? В спешке пишешь? Все нормально, просто заметил в твоем посте несколько незначительных неувязок, ты свой текст словно не "шлифовал".
Рад что ты снова в деле. Как и ты, Alli..)

Торн вышел из шатра, хмурясь и отгоняя дурное. Пока он был в осадке, команда осталась без его надзора. Черт возьми, вот тебе и ответственность врача, будешь загоняться по своим проблемам - проблемы появяться у других.
Тут скаут столкнулся с Томасом. Странный мужик, и чего подначивает? Равнодушно пропустив шуточки, Торн осматривал раненое плечо. Мда. Хорошо хоть, кровь не идет и состояние стабильное. Вот так, будешь не в форме, сделаешь плохо другим. Черт, что за отстой..
Сделав инъекцию, врач внимательно смотрел Томасу в глаза.
- Ну ка, пошевели рукой. Я должен убедиться что ты боеспособен на все сто. Давай, у меня достаточно шприцев.

[Soldier]

...

Это сообщение отредактировано Soldier - 6 октября 2012 | 13:34

[Gres]

Да в инет вырываюсь в последнее время не часто... и еще и готовлюсь к ENтересной игре. Отсюда - спешка и рассеянность внимания.
Так что извините - коли чего не так...

- Ну ка, пошевели рукой. Я должен убедиться что ты боеспособен на все сто. Давай, у меня достаточно шприцев.
Томас прислушался к себе... Вроде получше стало.
Несколько раз быстро сжал и разжал кулак. В принципе - работоспособность руки восстановлена, но она до сих пор ноет... Такое часто бывает при тяжелых ранениях: после практически моментального восстановления тканей организм находтся в состаянии легкого шока... а подсознание, в свою очередь, обманывает тебя - дескадь, рана еще там, на месте, под повязкой. Не может она оттуда пропасть за такое короткое время... "Синдром Стефана"... был один такой вояка, умерший в Канаде после тяжелого ранения, но будучи уже совершенно здоровым. Он так и не смог поверить, что его вытащили...

Вытащив руку с перевязи, Томас выхватил больной рукой нож. Побалансировал, а затем крепко-крепко сжал. Пара выпадов вперед (горло-глаза), режущий удар (сухожилие атакующей руки) и добивание в печень.

Воображаемый поединок закончился со счетом 4:0 в мою пользу. А рука работает нормально. Еще бы ныть перестала...

- Док, а скалько я смогу ей поднимать?.. можно уже десять фунтов, или пока только пять?.. - ухмыльнулся Том. А справочку на неделю не выпишите?..

Торн остался безучастным к подначке беглеца.
А затем, чуть промелив, сказал:

[sorcerer]

- Вот и хорошо, что рука работает. Пушку не уронишь.
Торн хотел было попросить у Эндрю оружие получше, да вспомнил что скауты запасов не брали, все на себе, значит лишнего ствола не окажется. Эх, Эндрю.. и сделать ничего нельзя.
- Береги себя.
Торн отошел в сторону и скрестив руки на груди, наблюдал за сбором.

[Alli]

Якудза вышли из шатра когда скауты уже собрались. Самуто всё ещё немного нервничал из-за того лазутчика, но стралася этого не показывать. Скауты и якудза собрали шатры, свернули их и прибрали место стоянки, неподалёку стоял Торн, и наблюдал за сборами.
- Ты разговаривал с Торном? - Спросил Кобо у Акиро.
- Нет, пока не представилось возможности. - Ответил Акиро.
- Не тяни, у него явно какие-то проблемы.
- Слушай, это ведь его проблемы, зачем мне лезть к нему?
- Целость, целость команд, уверенность в себе, отсутсвие проблем, депрессий и прочего, вот одна из основ сильного боевого отряда.
- И всё таки, тебе было бы приятно, когда твой друг стал бы лезть к тебе с расспросами, о том, всё ли у тебя хорошо?
- На то и друг...
- Хмм, может быть, может быть ты прав Кобо.
Акиро приблизился к группе которая завершала последние приготовления к походу: проверяла надёжность крепления оружия и припасов, подсчитывала количество обойм и аптечек, застёгивала куртки и бронежилеты. Якудза стояли там же, под строгим наблюдением Самуто.
Акиро подошёл к Торну и встал рядом с ним.
- Готов к переходу? - Спросил врач.
- Готов, но вот голова болит что-то. - Ответил Акиро.
- Могу дать аспирин. - Предложил Торн.
- Давай, надеюсь поможет.
Торн открыл походную аптечку и достал из неё упаковку таблеток. Отломив одну ячейку, он вытащил из неё небольшую таблетку и протянул Акиро со словами:
- Держи, надеюсь поможет.
- Спасибо, правда что-то ни к чему голова разболелась. - Сказал Акиро. - Сам-то как?
- Сам? - Торн чуть замялся. - Знаешь, не лучше твоего, но голова не болит, но всё равно не хорошо.
- А что случилось? - Спросил Акиро доставая из рюкзака флягу с водой.
- Многое изменилось. - Уклончиво ответил Торн.
- Поделись, полегчает. - Сказал Акиро запивая аспирин водой.
- Уже полегчало, знаешь, не думаю что ты меня поймёшь.
- Извини что лезу... - Начал Акиро.
- Да всё хорошо, не переживай. - Перебил его Торн. - Выздоравливай.
С этими словами Торн направился к группам, затем Эндрю и Самуто скомандовали отбытие, и группы наконец выдвинулись...

Это сообщение отредактировано Alli - 15 декабря 2007 | 16:13